Реклама на сайте

вход на сайт

Имя пользователя :
Пароль :

Восстановление пароля Регистрация
Размещено в рубрике: Главная
 (Голосов: 1)
Опубликовано: 27 февраля 2019 Прочитали: 60 раз(а) Комментариев: 0.
Размещено в рубрике: Главная

«Это последний стимул, заставляющий американских «ястребов» начать с Россией полноценный диалог», – сказал газете ВЗГЛЯД председатель Общероссийского движения поддержки флота Михаил Ненашев, комментируя слова из обращения президента о сроках спуска на воду подлодки – носителя беспилотника «Посейдон».

«Во-первых, «Посейдон» – это показатель возможностей отечественного кораблестроения, это характеристика нового состояния главной кораблестроительной организации – Объединенной судостроительной корпорации, «Севмаша» и всех, кто с ним кооперировался», – сказал капитан первого ранга запаса, председатель Общероссийского движения поддержки флота Михаил Ненашев. Он уверен, что «Посейдон» – «это удар по скептикам». «Они говорили, что в этой сложнейшей и давно занятой нашими западными «партнерами» сфере мы вряд ли что-то прорывное сделаем, – отмечает Ненашев. – Теперь есть то, что реально можно оценить». Полигонные испытания свидетельствуют о том, что «это все, как говорится, не просто на слайдах есть, а теперь есть в металле».

«Во-вторых, можем подчеркнуть, что уровень профессиональной подготовки как кораблестроителей и проектировщиков, так и моряков-подводников ВМФ России таков, что они могут применить это оружие для защиты нашей страны хоть завтра», – сказал Ненашев. Ссылаясь на западную аналитику, он отметил, что возможный удар «Посейдона» с моря пугает США больше, чем, к примеру, нанесение ракетных ударов из космоса. «Когда американцы просчитывают, как исчезнут их самые важные города – они приходят к выводу, что с русскими лучше договариваться. «Посейдон» – тот последний стимул, заставляющий американских ястребов начать с Россией полноценный диалог. Хорошим словом и «Посейдоном» можно добиться большего, чем просто хорошим словом», – иронизирует Ненашев.

О том, что «Посейдон» скоро поступит в войска Владимир Путин заявил в своем послании Федеральному собранию. «Уже весной этого года будет спущена на воду

первая атомная подлодка, носитель этого беспилотного комплекса. Работа идет по плану», – цитирует его РИА Новости. После выступления президента министр обороны Сергей Шойгу рассказал подробнее об успешных полигонных испытаниях «Посейдона». Кадры этих испытаний продемонстрировало Министерство обороны РФ.

Впервые о разработанном подводном беспилотнике президент заявил в прошлом году. Путин тогда отметил, что подобные аппараты могут двигаться на большой глубине, на межконтинентальную дальность, со скоростью, кратно превышающую скорость современных подлодок. При этом подводные беспилотники, теперь получившие название «Посейдон», могут быть оснащены как обычными, так и ядерными боеприпасами.

Напомним, название для морского беспилотника выбрали в ходе конкурса Минобороны. Кроме «Посейдона» для беспилотника рассматривали варианты «Язь» и «Кракен». Скорость «Посейдона» – 200 км/ч, максимальная глубина – 1000 м. Это гарантирует его неуязвимость.

интернет-газета "Взгляд"

20 февраля 2019г., 195
 (Голосов: 0)
Опубликовано: 27 февраля 2019 Прочитали: 59 раз(а) Комментариев: 0.
Размещено в рубрике: Главная
Более пятидесяти детей со всей области спели о Российском флоте на конкурсе «С песней на борту».

В минувшие выходные в Мурманске состоялся детско-юношеский музыкальный конкурс «С песней на борту – ДЕТИ». В нем приняли участие более 50 исполнителей песен о Российском флоте из всех уголков Мурманской области – от Североморска до Полярных Зорь. Организатором конкурса флотской песни выступило мурманское региональное отделение Общероссийского движения поддержки флота.

Среди исполнителей лучшим стали Вера Кучина (КСП "Возрождение", г. Полярные зори), Артем Каминский (КСП "Роза ветров", г. Мончегорск) и Елизавета Елецкая (народный самодеятельный коллектив Клуб авторской песни "Бухта надежд", г. Североморск) – они заняли 1, 2 и 3 место соответственно. Среди ансамблей силы распределились следующим образом: сильнейшим был признан Клуб авторской песни «Роза ветров» (Мончегорск), народный самодеятельный коллектив ансамбль «New stars» (Росляково) и ансамбль «Зеленая карета» Мурманского академического лицея.

Кроме того, лучшим наставникам конкурса – Екатерине Хомицкой, Андрею Миронюку и Надежде Ишкуловой - были вручены специальные дипломы за высокий профессионализм и большой вклад в культурное и патриотическое воспитание молодежи. Спецпризы также получили участники конкурса, которые впервые вышли на сцену и успешно дебютировали – Дарья Олонцева (народный самодеятельный коллектив Клуб авторской песни "Бухта надежд", г. Североморск) и Ева Короткова (КСП "Роза ветров", г. Мончегорск)

Вручали награды и поздравляли победителей, заместитель председателя Совета депутатов г.Мурманска и член правления МРО ОДПФ Михаил Белошеев, заместитель председателя МРО ОДПФ Виталий Поборчий, руководитель Оргкомитета конкурса и член правления МРО ОДПФ Мария Олейник, а также член жюри конкурсов «С песней на борту» и «С песней на борту – ДЕТИ» Олег Сюсюра.

Главная задача конкурса – популяризировать флотскую песню, привлечь интерес к теме Российского флота, повысить культурный уровень детей и молодежи. Этот уже второй конкурс из серии «С песней на борту», в первом принимали участие взрослые музыканты, а по итогам был выпущен аудио-диск из авторских произведений о флоте. Концерты победителей и членов жюри первого проекта проходят по всей Мурманской области.

В этом году конкурс проходил совместно с фестивалем авторской песни «Маленький фонарщик» на площадке ДК им. С.М. Кирова. Генеральным партнером конкурса стал конгресс-отель «Меридиан».

Фото Елены Коваленко, Андрея Миронюка, Петра Широбокова, Валерия Елисова.

Информационная служба ДПФ-Мурманск.

dsc_7586_1.jpg (335.13 Kb)
dsc_7245_1.jpg (272.27 Kb)
 (Голосов: 0)
Опубликовано: 24 февраля 2019 Прочитали: 70 раз(а) Комментариев: 0.
Размещено в рубрике: Главная
Уважаемые жители Города-Героя Мурманска!

В октябре 2019 года мы отметим 75-ю годовщину разгрома немецко-фашистских войск в Заполярье. Каждый год все больше отдаляет нас от тех дней. Но чем дальше от нас грозные годы, тем глубже мы осознаем силу и величие народного подвига.
В сентябре 1941 года в городе Мурманске была сформирована Полярная дивизия народного ополчения из трудящихся города Мурманска и области, в которую вошли более 10 тысяч добровольцев – судоремонтников, железнодорожников, портовиков, рыбаков, работников городских учреждений. Воины Полярной дивизии мужественно защищали родную землю, остановили врага на подступах к Мурманску.
С инициативой создания памятника воинам Полярной дивизии выступила общественная организация содружества городов-героев «Мурманск – Город - Герой». Идею поддержали мурманчане.

Мемориальный объект планируется установить в Городе-Герое Мурманске к 9 мая 2020 года на аллее имени Полярной дивизии, расположенной в северной части проспекта Героев-североморцев.
Многие памятники в городе-герое Мурманске строились на средства, пожертвованные горожанами, предпринимателями и предприятиями города: осуществить задуманное мы можем только вместе. Надеемся, что благодаря совместным усилиям в Городе-Герое Мурманске появится памятник воинам легендарной Полярной дивизии. И память о подвиге наших земляков будет жить в наших сердцах.

Уважаемые жители Города-Героя Мурманска,
обращаемся к вам с просьбой поддержать инициативу земляков и внести свою лепту в столь значимый проект.
Пожертвования можно направлять по реквизитам:

Наименование получателя: Мурманская городская общественная организация содружества городов-героев «Мурманск Город - Герой»
ИНН 5190070651/КПП 519001001
Наименование банка: Филиал №7806 банка ВТБ (ПАО) г. Санкт Петербург
расчётный счёт № 40703810345060000003
к/с 30101810240300000707; БИК 044030707; ИНН 5190070651
Назначение платежа: средства на строительство памятника воинам Полярной дивизии.

С уважением,
Председатель Правления
Мурманской городской
общественной организации
содружества городов-героев
«Мурманск Город-Герой» Белошеев М.В.

polyarnaya_diviziya.jpg (80.85 Kb)
 (Голосов: 2)
Опубликовано: 14 февраля 2019 Прочитали: 94 раз(а) Комментариев: 0.
Размещено в рубрике: Главная
Общее море, общие задачи

Сравнительный анализ рамочных условий рыбной отрасли России и Норвегии

Отчет составлен по заказу Союза рыбаков Норвегии в сотрудничестве с Союзом рыбопромышленников Севера, Мурманск.

Анне-Кристин Йоргенсен & Гейр Хённеланд

1Введение

1.1 Исторический контекст

Россию и Норвегию объединяют на севере, как общие интересы, так и различные форматы политического сотрудничества. Особенное значение имеет управление возобновляемыми морскими ресурсами, которое требует не только постоянного и последовательного исполнения управленческих решений, но и поддержания контактов между уполномоченными органами власти обеих странах.

Наилучшим примером такого российско-норвежского сотрудничества является двустороннее управление рыбными запасами Баренцева моря. Именно Баренцево море является одним из богатейших промысловых районов, в котором обитает самая важная, с коммерческой точки зрения, и самая большая в мире популяция северо-восточной арктической трески. Российско- норвежский механизм управления ресурсами считается одним из самых успешных примеров международной рыболовной политики. Благодаря ему удалось сохранить уровень популяции трески на достаточно высоком уровне в то время, как другие популяции трески в северной части Атлантического океана были сильно истощены в результате слишком высокой промысловой нагрузки. Кроме того, сама атмосфера сотрудничества была на редкость положительной, что было нетипичным для отношений между такой сверхдержавы как Россия и такой маленькой страны-члена НАТО как Норвегия.

Смешанная Российско-Норвежская Комиссия по рыболовству является основой сотрудничества между нашими двумя странами. С момента основания в середине 1970-х годов, она постепенно превратилась в комплексный институциональный фундамент, куда входит ряд подкомитетов и рабочих групп. В своей работе комиссия опирается на сотрудничество между российскими и норвежскими представителями рыбохозяйственной науки, которое зародилось еще в середине XIX века и окончательно приобрело свою современную институциональную форму в 50-е годы прошлого века.

Официальное сотрудничество между рыболовными ассоциациями/организациями Норвегии и Северо-Запада России началось в 2006 году. С норвежской стороны в сотрудничестве участвует Союз рыбаков Норвегии, представляющий рыбопромышленников, осуществляющих рыболовство с использованием всего спектра рыбопромысловых судов - от крупнотоннажных траулеров до небольших судов прибрежного рыболовства, а с российской стороны - Союз рыбопромышленников Севера, представляющий интересы большинства рыбопромышленников Северо-Запада России, ведущих океанический промысел, и Ассоциация прибрежных рыбопромышленников и фермерских хозяйств Мурмана.

Совместные инициативы финансируются Министерством иностранных дел и Министерством промышленности и рыбного хозяйства Норвегии.
1.2 Цель

Данный отчет был составлен по заказу Союза рыбаков Норвегии. В рамках существующего сотрудничества между Союзом рыбаков Норвегии и двумя объединениями рыбопромышленников Северо- Запада России, стороны выразили пожелание отразить в отчёте основные особенности: 1) российско-норвежского сотрудничества в области рыболовства и 2) структуры и управления рыболовной отраслью России и Норвегии. Таким образом, в отчёте преследуются две цели: провести анализ общих тенденций сотрудничества между двумя странами в рыболовной отрасли и способствовать обмену информации об управлении рыболовством и структуре отрасли друг друга.

1.3 Структура отчета

Работа над отчетом была проведена в первой половине 2015 года. Союз рыбаков Норвегии и Союз рыбопромышленников Севера предоставил обширный информационный материал, который лёг в основу данного отчета. Составители отчета участвовали во встречах между сторонами в декабре 2014 года в г. Киркенес, в марте 2015 года в г. Мурманск (во время проведения выставки «Море. Ресурсы. Технологии – 2015») и в июне 2015 года в г. Берген. Во время этих мероприятий составители отчёта стали свидетелями практической реализацией такого сотрудничества, а также смогли лично обсудить с участниками встреч их мнение о российско-норвежском сотрудничестве в области рыболовства в общем и сотрудничестве между предприятиями и объединениями рыбаков, в частности.

Также была проведена работа по согласованию со сторонами информации о рыбодобывающей отрасли и системе управления в

России и Норвегии, которую стороны хотели бы видеть в отчёте (см. об этом в разделе о цели отчёта).

Отчет состоит из четырех тематических глав и вводной главы. Во второй главе описана структура рыбохозяйственного

сотрудничества между Россией и Норвегией, а в третьей и четвертой главах представлено более детальное описание российской и норвежской рыболовной отрасли, а также системы управлении рыболовством. В отчете также рассматриваются вопросы организации научно-исследовательской работы в области морского рыбного хозяйства и океанографии в обеих странах, используемые меры регулирования (распределение прав на добычу (вылов) морских ресурсов, правила осуществления рыболовства и технические меры регулирования) и контроля за осуществлением рыболовства, анализируются места выгрузки и реализации уловов, вопросы экономической эффективности отрасли, промысловой мощности и развития рыбопромыслового флота. В пятой главе подводятся итоги адаптации рыбохозяйственного сотрудничества к важнейшим политическим событиям, произошедшим в отношениях между Западом и Востоком, рассматривается роль различных составляющих двустороннего сотрудничества, анализируются вызовы, с которыми сталкивается рыболовная отрасль России и Норвегии. Данные аспекты заложили основу анализа сегодняшней

ситуации в отрасли и возможных вызовов в будущем, обусловленных как похолоданием политического климата и возникновением неопределённости относительно основных стратегических решений в рыбохозяйственном комплексе обеих стран, так и продолжением тесного сотрудничества между нашими странами в этой области, которое в предыдущие исторические периоды проявило себя достаточно гибким к подобным факторам.

Составители отчета в течение многих лет изучали управление рыболовством в России и российско-норвежское межправительственное сотрудничество. Таким образом, во время работы над отчётом авторы опирались на солидный опыт, в частности при работе над главой о двустороннем сотрудничестве. Следует подчеркнуть, что эмпирические данные о рыболовной отрасли обеих стран были, в основном, предоставлены заказчиком (то есть с норвежской стороны Союзом рыбаков Норвегии и с российской стороны Союзом рыбопромышленников Севера).

Учитывая ограниченность во времени, которым располагали составители отчёта, сбор дополнительного материала не представлялся возможным. Тем не менее, ранее приобретённый опыт авторов в этой области позволил представить материал заказчика и данные из дополнительной литературы (прежде всего в разделе о норвежской рыболовной отрасли) в соответствующем контексте.
2Сферы сотрудничества России иНорвегии в области рыболовства

Сотрудничество России и Норвегии в области управления основными рыбными запасами в этом районе осуществляется с середины 70-х годов XX века. Основой двустороннего сотрудничества является Смешанная Российско-Норвежская Комиссия по рыболовству (СРНК), в рамках которой устанавливается общий допустимый улов (ОДУ) и определяются общие принципы осуществления рыболовства.

Межправительственные переговоры, первоначально проводившиеся для установления ограниченного сотрудничества в области рыболовства, постепенно переросли в обширную сеть взаимодействия между российскими и норвежскими учеными, представителями органов исполнительной власти и контролирующих органов. Значительный опыт сотрудничества был накоплен и в самой комиссии, как в области управления рыболовством, так и в других сопутствующих сферах

государственного регулирования.1

В настоящей главе представлена хронология формирования и развития сотрудничества в рамках СРНК, включающая три основные периода: период до распада СССР, 90-е годы XX века и период после 2000 года. В конце главы также кратко представлены два смежных направления сотрудничества в области рыболовства между Россией и Норвегий: научно-исследовательское сотрудничество в области морского рыбного хозяйства и океанографии и сотрудничество между организациями и предприятиями.

2.1 Зарождение сотрудничества

Основой существования населения прибрежных районов Северной Норвегии традиционно являлась рыба Баренцева моря, и эти

ресурсы также имели большое значение для русских поморов. После окончания Первой мировой войны Кольский полуостров подвергся освоению в связи с проведением в СССР активной индустриализации, пик которой пришёлся на начало 30-х годов прошлого века. За несколько десятилетий население полуострова возросло с нескольких тысяч человек до более одного миллиона.

Первым стал развиваться рыболовный промысел. Крупные зверобойные, рыбодобывающие и перерабатывающие предприятия
возникли уже в 20-е годы XX века. Начал создаваться достаточно современный по тем временам траловый флот, который после окончания войны занимался промыслом «во всех районах Мирового океана», в том числе у побережья Африки и Южной Америки. Для советского рыболовного флота на северо-западе страны основным районом промысла всё же оставалось Баренцево море. Через несколько лет после окончания Первой мировой войны рыболовство в Баренцевом море осуществлялось преимущественно норвежскими и советскими судами, а рыболовный флот Великобритании занимал твердое третье место.

В начале 70-х годов стало ясно, что рыболовные запасы мира больше не в состоянии вынести давление со стороны постоянно растущего и всё более эффективного рыбопромыслового флота. Также стало очевидным, что вопрос эксплуатации морских ресурсов может привести к межгосударственным конфликтам. В 1973 г.

Состоялась III Конференция ООН по морскому праву в рамках которой обсуждалась возможность распространения рыболовной юрисдикции прибрежных государств на морские пространства за пределами территориального моря2. Данный вопрос обсуждалась как на I Конференции ООН по морскому праву в 1958 г., так и на II Конференции в 1960 г., однако стороны не смогли прийти к согласию по вопросу расширения юрисдикции прибрежных государств. Теперь настал момент, когда всего через несколько лет было решено разрешить прибрежным государствам устанавливать 200-мильную исключительную экономическую зону. III Конференция ООН по морскому праву продолжалась вплоть до подписания Конвенции ООН по морскому праву в 1982 году. В пределах этой зоны прибрежное государство получало исключительное право на разведку, добычу и управление морскими ресурсами, что на практике подразумевало управление рыбными запасами. В случае миграции рыбы между экономическими зонами двух или более государств, управление рыбными запасами должно было осуществляться на основе сотрудничества между такими странами.

Норвегия и Советский Союз установили свои 200-мильные зоны зимой 1976 г. и весной 1977 г. К этому моменту эти две страны после проведения ряда встреч между советским и норвежским министрами рыболовства, уже оценили возможность двустороннего управления рыбными запасами Баренцева моря. Этот район являлся районом регулирования Комиссии по рыболовству в северо- восточной части Атлантического океана (НЕАФК), которая оказалась не в состоянии эффективно регулировать рыболовство из- за права стран-участниц отзывать принятые в НЕАФК решения и используемого порядка принятия решений большинством голосов. Например, для установления объема квоты требовалась поддержка двух третьих стран-участниц НЕАФК. Вместе с тем, НЕАФК удалось установить квоту на треску Баренцева моря только в 1974 г., т.е. к концу периода, когда комиссия управляла ресурсами Северо- Восточной Атлантики за территориальными водами прибрежных государств. До этого момента управление ограничивалось техническими мерами регулирования, в том числе рекомендациями по минимальному размеру ячеи. Советские и норвежские органы власти в области рыболовства воспользовались сложившейся ситуацией и после того, как в 1975 г. достижение международного консенсуса о введении 200-мильных зон стало очевидным фактом, СССР и Норвегия осенью того же года подписали двустороннее соглашение о сотрудничестве в области рыболовства, предусматривающее совместное управление запасами Баренцева моря. В соответствии с этим межправительственным соглашением создавалась и СРНК, первая сессия, которой состоялась в январе 1976 года.

Советский Союз и Норвегия заранее договорились о распределении запасов таких основных промысловых видов Баренцева моря как треска и пикша в равных долях (50% на 50%). В связи с тем, что в норвежских водах рыбы распределялось больше, чем в зоне СССР, Норвегия предложила оставить большую долю себе. Однако Советский Союз в то время являлся сверхдержавой, да и распределение ресурсов на две равные доли имело еще и определённый психологический эффект (по крайней мере, в более поздний период). При таком распределении стороны были более склонны рассматривать запасы как «наши общие ресурсы» нежели при распределении в неравных долях.
2.2 Смешанная российско-норвежская комиссия по рыболовству

2.2.1 Период до распада Советского Союза – борьба за регулирование и обмен квотами

В течение первых лет рыболовное сотрудничество и сессии СРНК проходили в тени дискуссий об установлении границ и вопросов юрисдикции, которые велись на самом высоком политическом уровне. Советский Союз и Норвегия не могли договориться об установлении линии разграничения между своими экономическими зонами и о статусе морского района около архипелага Шпицберген. Однако к концу 1978 г. юрисдикционные рамки сотрудничества, по крайней мере, в практическом отношении, были определены.

Стороны выявили сферы разногласия и договорились о способе их разрешения без последствий для управления рыбными запасами.

Сотрудничество в области рыболовства состояло из двух основных элементов: сотрудничество в области научного исследования рыбных запасов и в области разработки мер по регулированию рыболовства, которые являются двумя из трех ключевых элементов управления рыболовством. Третий элемент – контроль над осуществлением промысла – стал частью сотрудничества только в

90-е годы XX века. С 1978 г. в СРНК установился следующий режим работы: каждый год осенью проводилась очередная сессия, на которой устанавливались объемы национальных квот на следующий год по трем общим запасам. Стороны руководствовались рекомендациями Международного Совета по исследованию моря (ИКЕС), где учитывалось мнение советских и норвежских ученых.

Чаще всего, объемы квот, установленные комиссией, были несколько выше рекомендаций ИКЕС.

Из-за противоречивых интересов сторонам сложнее всего было договориться об объёме общих допустимых уловов (ОДУ) и технических мерах регулирования. Норвежская сторона с небольшим траловым и крупным прибрежным флотом, предлагала не квотировать прибрежный промысел, осуществляемый традиционными орудиями лова (сетями, ярусом и ручными рыболовными снастями). В то же время с помощью введения строгих требований к минимальному размеру ячеи и минимальному промысловому размеру Норвегия преследовала цель защитить молодь основных промысловых видов, что в первую очередь отразилось бы на производительности тралового флота. Советский Союз с большим траловым флотом, который осуществлял рыболовство как в Баренцевом море, так и в удалённых районах, предпочитал иные меры регулирования, позволяющие снизить промысловую нагрузку на промысловые запасы, в частности предлагалось установить более низкие квоты изъятия биоресурсов, что негативно сказалось бы на работе прибрежного флота Норвегии, а также ввести ограничения на промысел нерестовой рыбы, что сказалось бы на промысле в районе Лофотенских островов. На протяжении 80-х годов между сторонами шла ежегодная борьба за решение по этим вопросам. Через какое-то время Норвегия согласилась на более строгое регулирование прибрежного промысла, а Советский Союз пошел на небольшое увеличение минимального размеров ячеи и минимального промыслового размера. В 1982 г. Норвегия ввела свои требования к размерам ячеи и минимальному промысловому размеру в районах, находящихся под норвежской юрисдикцией. Советская сторона восприняла такое решение негативно. Единые меры регулирования по всему Баренцеву морю были идеалом, и Советский Союз подверг Норвегию критике за односторонний подход к сотрудничеству по совместному управлению морскими живыми ресурсами.

По другим направлениям различные позиции России и Норвегии являлись положительным фактором. Норвегия хотела обеспечить своих рыбаков максимально возможной долей запаса трески, которая высоко ценилась на рынке, в то время как Советский Союз делал акцент на обеспечение продовольственной безопасности страны и максимальный объем вылова всех видов рыб. Таким образом, были созданы условия для взаимовыгодного обмена промысловыми возможностями, в рамках которого Советский Союз

передал Норвегии часть своей национальной квоты трески взамен наувеличение Норвегией квот других видов, предоставляемых СССР, например, путассу.

2.2.2 90-е годы XX века: Расширение сотрудничества

Изменения в политической системе России после распада Советского Союза создали ряд новых осложнений для сотрудничества в области рыболовства. В частности, буквально в одночасье у российских рыбаков появилась не только мотивация, но еще и возможность вылова тех или иных морских ресурсов сверх квоты. Основания для обмена квотами во многом отпали, так как теперь Россия была заинтересована в увеличении вылова наиболее ценных в коммерческом смысле видов. В то же время этот период, особенно первые его годы, стал своего рода окном возможностей в рыболовном сотрудничестве. Отношения между двумя странами были на исторически хорошем уровне, и новая открытость сторон позволила привлечь к участию сотрудничестве новых участников, а также включить в повестку дополнительные вопросы.

Как это ни парадоксально, именно перелов квот российскими рыболовными судами стал причиной более интенсивного развития сотрудничества. Переход к рыночной экономике означал, что рыболовные компании теперь ориентировались на доходность, а не на выполнение плана. Это привело к увеличению объемов вылова, особенно так называемых «валютоёмких видов», таких как треска и пикша. Между тем, многие российские суда стали сдавать улов в Норвегии, где им платили быстро и в иностранной валюте. Таким образом, многие российские контролирующие органы потеряли возможность проводить осмотр судов во время выгрузки улова, и рыбаки могли без риска указывать в отчетности неверные промысловые данные. На сессии СРНК в 1992 г. норвежская сторона представила информацию Береговой охраны о перелове российской квоты трески почти на 60%. Российская сторона согласилась с этим.

Для решения этого вопроса стороны учредили специальную рабочую группу, а на внеочередной сессии СРНК в июне 1993 г. в СРНК был принят ряд мер, основанных на рекомендациях рабочей группы. Обмен информацией имел очень важное значение, так как у российских контролирующих органов появилась полная информация об объёме выгруженного в Норвегии улова.

Результаты работы рабочей группы были настолько высокими, что СРНК решила реорганизовать эту рабочую группу в Постоянный российско-норвежский комитет по вопросам управления и контроля в области рыболовства (ПРНК). Заседания комитета проходили регулярно, и со временем он превратился в подготовительный и даже исполнительный орган СРНК. Между отраслевыми ведомствами был установлен тесный контакт. Директорат рыболовства и Береговая охрана Норвегии установили прямые

контакты с соответствующими органами в России. Для российских и норвежских инспекторов были проведены семинары, а также проведён обмен инспекторами обеих стран для работы на судах друг друга. СРНК приняла несколько важных мер регулирования и контроля рыболовства. К наиболее важным можно отнести внедрение спутникового мониторинга за деятельностью промысловых судов и обязательное использование сортирующей системы при траловом промысле. Была также проведена гармонизация ряда правил и процедур. Другой важной мерой регулирования была гармонизация переводных коэффициентов для различных видов рыбопродукции и согласование процедуры временного закрытия и открытия районов промысла.

Успеху российско-норвежского сотрудничества в этот период также способствовало и хорошее состояние запасов трески, что позволяло устанавливать достаточно высокие квоты вылова. Это упрощало переговоры по квотам, и позволило сторонам сосредоточиться на решении других вопросов. Однако к концу этого десятилетия в отношениях завеяло холодом. Состояние запасов трески стало ухудшаться, и ученые стали призывать к осторожности. Сессии СРНК стали снова проходить в атмосфере борьбы за квоты, только на установлении высокого ОДУ теперь настаивала российская сторона. Сотрудничество в области рыболовства стало все чаще подвергаться критике в средствах массовой информации на Северо- Западе России. Представители промышленности и политики заявляли, что российская сторона вела себя слишком снисходительно, в то время как норвежская сторона воспользовалась временной слабостью Россию для продвижения собственных интересов. Такие аргументы использовались повсеместно: и для объяснения введения сортирующей системы в трале, и того, что российская сторона расценивала как дискриминацию российских рыбаков в рыбоохранной зоне архипелага Шпицберген. Ситуация достигла апогея на сессии СРНК в Мурманске в 1999 году. Впервые за всю историю комиссии переговоры были прерваны, и сторонам с большим трудом удалось заключить соглашение в ночь перед отъездом норвежской делегации. Перспективы сотрудничества в области рыболовства в новом тысячелетии были далеки от радужных.

2.2.3 Сотрудничество после 2000 года: прагматизм и компромиссы

В то время как 90-е годы прошлого века начались хорошо, а закончились плохо, в новом тысячелетии в сотрудничестве в области рыболовства можно было наблюдать противоположную динамику. Первые года сотрудничества проходили в атмосфере разногласий между сторонами, так как Норвегия опять обвинила Россию в значительном перелове квот. Задержание российских судов в Норвегии также привели к осложнениям в отношениях. После того, как Береговая охрана Норвегии в 2001 г. впервые задержала в рыбоохранной зоне и отконвоировала российское рыболовное судно в норвежский порт, от российской стороны последовала жесткая реакция. Несмотря на это, сессии СРНК по- прежнему характеризовались прагматичным и конструктивным подходом, что в дальнейшем дало хорошие результаты.

Норвегия вынесла проблему перелова в повестку дня СРНК, так как российский рыбопромысловый флот опять стал менять режим поставок уловов. Теперь уловы все чаще перегружали прямо в море на транспортные суда и доставляли напрямую в европейские

страны. Это позволяло избежать контроля при выгрузке уловов как в Норвегии, так и в России. В этот период времени произошло то же, что и в 1992 г.: у норвежских властей появилось подозрение в перелове российской квоты, и они забили тревогу, однако в этот раз российская сторона отреагировала скептически. У Норвегии и России были очень разные взгляды на объемы перелова. По оценке Директората рыболовства Норвегии за период 2002-2006 гг. перелов российской квоты трески составлял 50-80% ежегодно. Российские власти сочли эту оценку недостоверной и сильно завышенной.

В конечном итоге проблема решилась – из двустороннего взаимодействия она была вынесена на рассмотрение Комиссии по рыболовству в северо-восточной части Атлантического океана (НЕАФК), членами которой являлось большинство стран, в которые поставлялась российская рыба. В 2007 г. НЕАФК ввела государственный портовый контроль, который заключается в том, что государство флага рыболовного судна и государство порта, куда доставлялся улов, сотрудничают в целях обеспечения легальности выгружаемого улова. Суть государственного портового контроля НЕАФК состоит в том, что государство-получатель должно связаться с государством флага до выгрузки и получить подтверждение о наличии у судна квоты вылова на заявленное количество рыбы. Государства порта должны проверять не менее 15% от выгрузок в течение года. Система государственного портового контроля оказалась весьма эффективной, и в протокол сессии СРНК в 2010 г. по обоюдному желанию сторон была включена формулировка о том, что в 2009 г. перелова ОДУ констатировано не было.

Сотрудничество в области контроля в начале нового тысячелетия продвигалось медленно, зато в работе над едиными мерами регулирования стороны достигли большего успеха. Комиссия целенаправленно работала над улучшением механизма управления и упрощением процесса установления ОДУ. На сессии СРНК 2001 г. стороны договорились разработать стратегии по долгосрочному управлению совместными запасами. В следующем году СРНК утвердила правила принятия решений для установления ОДУ трески и пикши, которые практически полностью автоматизировало эту непростую задачу. Данные правила подразумевали, что объем ОДУ должен устанавливаться в соответствии с рекомендациями ученых, но в то же время они обеспечивали стабильность, так как в нем были указаны пределы межгодовой изменчивости ОДУ. Иными словами, правила предусматривали, что средняя смертность рыбы в течение трехлетнего периода не должна превышать предел осторожного подхода ИКЕС. Вместе с тем, промысловые возможности для рыболовной отрасли обеих стран стали более предсказуемыми, так как межгодовые изменения ОДУ не должны были превышать 10 процентов для трески и 25 процентов для пикши. Исключением является ситуация, когда нерестовый запас опускается ниже

«кризисного уровня». Позднее правила принятия решений пересматривались, что позволило в периоды особенно хорошей динамики развития запасов ежегодно увеличивать ОДУ свыше установленных межгодовых ограничений.
После завершения периода, характеризующегося наличием большого запаса трески и успешного расширения сферы деятельности СРНК в 90-е годы, новое тысячелетие началось с

«черной пятницы» как в биологическом, так и в институциональном понимании. Если 1990-е годы были «десятилетием возможностей» для СРНК, то начало XXI века стало «периодом творческой изобретательности». В ситуации, когда рыбные запасы Баренцева моря находились в плохом состоянии, и стороны были не в состоянии договориться в вопросах управления и технических мер регулирования, Россия и Норвегия были вынуждены думать по- новому. Российско-норвежские политические отношения в области рыболовства в этот период были как никогда обострены, а на чисто оперативном уровне, особенно в сфере контроля, наступила определённая ведомственная усталость. Норвежская сторона была в отчаянии из-за отсутствия какой-либо инициативы со стороны российских контролирующих органов. Однако на среднем уровне, который представляла СРНК, взаимное доверие и профессиональный творческий подход сохранился.

Будущее опять стало казаться светлым хотя бы потому, что стороны приобрели опыт разрешения неожиданных проблем. Через десять лет после наступления нового тысячелетия стороны наконец-то пришли к гармонизации технических мер регулирования. В частности, удалось достичь договоренности по единому минимальному размеру ячеи (2009 г.) и минимальному промысловому размеру (2010 г.). С начала нового столетия отмечалась хорошая межгодовая динамика развития запаса трески, и в 2012 г. СРНК, впервые за историю своего существования, смогла установить ОДУ треску в объёме одного миллиона тонн.

Самые большие разногласия в последние годы вызвало применения норвежского запрета на выброс рыбы. И российское, и норвежское законодательство полностью запрещают любой выброс рыбы, однако российские рыбаки считают, что Береговая охрана Норвегии выходит за пределы разумного при обеспечении исполнения запрета на выброс рыбы. После спорного задержания российского рыболовного судна в рыбоохранной зоне Шпицбергена в 2011 г. осенью того же года на сессии СРНК российской стороной был поднят вопрос об обеспечении исполнения запрета на выброс рыбы норвежской стороной. Норвежская сторона согласилась сделать некоторые исключения из запрета на выброс гнилой или по другим причинам непригодной для пищевых целей рыбы после поднятия улова на борт судна, а также рыбы, вышедшей из орудия лова во время его поднятия на борт судна, например, вследствие ее повреждения. Такие изменения приводили к определённому смягчению норвежского запрета на выброс рыбы, согласно

которому понятие «выброс рыбы» охватывало все, что происходит после того как орудие лова и/или улов были подняты из воды.

Норвежские контролирующие органы и прокуратура подвергли такое решение СРНК критике ввиду того, что теперь обеспечить исполнение запрета на выброс будет невозможно на практике. По этой причине норвежская сторона отозвала принятое решение.
На 40-й сессии СРНК в 2011 г. российская сторона проинформировала норвежскую сторону о своем желании обсудить в общем применение Норвегией мер принуждения в рыбоохранной зоне Шпицбергена. Однако стороны договорились провести внеочередную сессию по данному вопросу через несколько месяцев. Протокол внеочередной сессии подтверждает, что стороны уведомили друг друга о своих позициях, но о новых мерах не договорились. В протоколах сессий последних лет используется стандартная формулировка о том, что стороны поручили Постоянному российско-норвежскому комитету по вопросам управления и контроля в области рыболовства (ПРНК) продолжить работу по вопросу выброса рыбы. Другими словами, проблема пока еще не решена.

2.3 Другие направления сотрудничества

2.3.1 Научно-исследовательское сотрудничество

В основе двустороннего механизма управления запасами лежит российско-норвежское сотрудничество в области научных исследований3. Научно-исследовательское сотрудничество – это не только основа для успешного управления рыбными запасами. Оно также является более комплексным, чем сотрудничество в сфере управления и контроля в области рыболовства, и имеет более глубокие корни. Первые контакты состоялись еще в середине XIX века. Научное исследование рыбных запасов в обеих странах тогда еще только зарождалось. В царской России рост населения привел к повышению спроса на продукты питания и повышению промысловой нагрузки на рыбные запасы. В целях недопущения чрезмерной эксплуатации запасов и принятых мер регулирования у государственных органов возникла потребность лучше понимать биологию популяций основных промысловых видов и их взаимодействие с остальными частями экосистемы. В Норвегии рыбный промысел уже зарекомендовал себя как ориентированная на экспорт отрасль, однако колебания численности запасов приводили к экономической непредсказуемости. И в этой сфере государственные органы нуждались в систематическом изучении динамики популяций в целях понимания изменений объемов

вылова. Осознавая, что полную картину можно получить только при совместном изучении всего ареала распределения запасов у берегов Норвегии и Северо-Запада России, российские ученые обратились к своим норвежским коллегам. Зимой 1860–1861 гг. российская экспедиция под руководством известного ученого Николая Данилевского сначала посетила г. Тронхейм и г. Берген, а потом Лофотенские острова. Они изучили промысел сельди и трески, а также очень интересовались вопросами переработки, ценообразования и сбыта рыбы в Норвегии.
К концу столетия интенсивность научно-исследовательского сотрудничества усилилась. Теперь в нем принимали участие известные ученые – Николай Книпович, Йохан Йорт, Георг Сарс и даже сам Фритьоф Нансен. Прорыв в совместных исследованиях произошел после того, как у России и Норвегии появились первые научно-исследовательские суда – «Андрей Первозванный» в 1899 году и «Микаель Сарс» в 1900 году. Уже в первый год работы

«Андрей Первозванный» совершил экспедицию в Норвегию с заходом в г. Берген и г. Осло, где среди гостей были депутаты Стортинга (норвежского парламента). В это время в других странах росла обеспокоенность состоянием рыбных запасов в северо- восточной части Атлантического океана, и в 1902 г. в качестве первой межправительственной научной организации был создан Международный совет по исследованию моря (ИКЕС). Помимо двусторонних отношений у российских и норвежских ученых появилась многосторонняя международная площадка для сотрудничества.

Начало Первой мировой войны в 1914 г. прервало зарождающееся международное сотрудничество в области морских исследований. В 1915 г. Россия вышла из ИКЕС, а после революции в России 1917 г. ее присутствие в совете было нежелательным. Прямой контакт между российскими (теперь уже советскими) учеными был прерван. Единственным исключением стало посещение норвежским научно- исследовательским судном «Йохан Йорт» Мурманской биологической станции в 1928 году. Кроме этого имели место случайные контакты в сфере управления запасами тюленя.

СССР стал членом ИКЕС в 1955 г., а в следующем году советский и норвежский министры рыболовства договорились о возобновлении двустороннего научно-исследовательского сотрудничества. Были возобновлены обоюдные визиты судов в г. Берген и г. Мурманск, и практическое сотрудничество стало быстро развиваться. Помимо многостороннего сотрудничества в ИКЕС были формализованы и двусторонние контакты в виде совместных научных симпозиумов, ежегодных научных встреч, взаимного обмена информацией и совместных экспедиций. В рыбохозяйственной литературе обеих стран стали публиковаться переводы научных статей своих зарубежных коллег. Между учеными двух стран установились тесные дружественные связи.

С 1965 г. стали проводиться съемки 0-группы с целью получения информации о результатах нереста в текущем году по всем запасам Баренцева моря. Данные съемки проводились без перерыва по сегодняшний момент и, скорее всего, являются самой продолжительной серией данных в ИКЕС. В последующем было организовано и проведено несколько других видов совместных экспедиций, в том числе с целью проведения экосистемных исследований. Научно-исследовательское сотрудничество выполняло роль некого важного буфера в более широком по своему содержанию сотрудничестве между Россией и Норвегией в области рыболовства в Баренцевом море. Более подробно об этом рассказывается в Главе 5.
2.3.2 Промышленное сотрудничество и сотрудничество между организациями

Одним из самых важных и давних элементов российско- норвежского управления рыболовством является научно- исследовательское сотрудничество. Самым молодым сотрудничеством является промышленное сотрудничество и сотрудничество между организациями, которое было установлено в 2006-2007 гг. и зародилось частично благодаря региональной инициативе сотрудничества в рыболовной отрасли между губернским правлением Финнмарка и Мурманской областью.

Частично благодаря тому, что национальные государственные органы власти призывали к сотрудничеству рыболовные организации с аналогичными организациями по другую сторону границы. С норвежской стороны инициативу к сотрудничеству проявил Союз рыбаков Норвегии. Министерство иностранных дел Норвегии и Министерство рыболовства и береговой администрации Норвегии предложило финансирование для сотрудничества. С российской стороны естественными партнёрами Союза рыбаков Норвегии стали Союз рыбопромышленников Севера и Ассоциация прибрежных рыбопромышленников и фермерских хозяйств Мурмана, что обеспечило представительство всего спектра судовладельцев. (О российских и норвежских организациях будет более подробно рассказано в двух последующих главах.)

Сотрудничество началось с малого – знакомства друг с другом и завоевания доверия. Встречи очень быстро превратились в площадку для обмена информацией по ключевым вопросам рыболовной отрасли друг друга и системы ее управления.

Российские организации особенно интересовала информация о законодательстве и правоприменении в норвежской экономической зоне (НЭЗ) и норвежских портах. Таким образом, Союз рыбаков Норвегии стал важным звеном между российскими рыбаками и Директоратом рыболовства Норвегии и Береговой охраной Норвегии. Некоторое время среди российских рыбаков бытовало мнение о том, что Береговая охрана Норвегии ведёт «охоту» за российскими рыболовными судами. Поэтому Союз рыбаков Норвегии счел важным на практике показать российским организациям как норвежские рыбаки относятся к Береговой охране. Норвежские рыбаки тоже бывают не согласны с отдельными решениями, которые выносят некоторые инспектора, но, в целом, Береговую охрану воспринимают как конструктивного и умеющего слушать участника процесса управления рыболовством. Помимо проведения проверок Береговая охрана Норвегии выполняет и другие функции, такие как поиск и спасение на море. Это делает ее скорее партнером, нежели противником в море. Поэтому участники сотрудничества с норвежской стороны захотели изменить

предвзятое отношение российских рыбаков к контролирующим органам Норвегии. В рамках информационной работы были проведены встречи на базе Береговой охраны в Сортланде, было организовано посещение корабля Береговой охраны, а также проведены семинары в других городах Норвегии с участием представителей Береговой охраны
Норвежская сторона хотела показать, что отряд Береговой охраны не является каким-то крупным военным объектом. В ходе встреч российские участники также задавали вопросы непосредственно командиру отряда Береговой охраны. На семинары также были приглашены представители прокуратуры Норвегии, которые рассказали о своей работе. Целью этих мероприятий было развенчать существующие мифы среди российских рыбаков и предоставить им возможность задать интересующие вопросы непосредственно представителям органов прокуратуры.

Представители Союза рыбаков Норвегии, с которыми проводились интервью для подготовки данного отчета, подчеркнули, что эти мероприятия были проведены исключительно по их инициативе, а не по поручению или просьбе норвежских властей. Они также придерживаются мнения о том, что вышеназванные встречи и обмен информацией способствовали улучшению атмосферы сотрудничества между российским рыболовным флотом и контролирующими органами Норвегии. Российская сторона также проинформировала о формальных и практических условиях осуществления рыболовства норвежскими судами в

исключительной экономической зоне Российской Федерации (ИЭЗ РФ) в целях устранения предубеждений среди норвежских рыбаков о том, что иностранным рыбакам работать в российской зоне очень сложно.

Помимо встреч, посвящённых обмену информацией о законодательстве и процедурах контроля в обеих странах, также обсуждались и различные текущие вопросы, например, исполнение запрета на выброс рыбы. Однако большая часть работы не касаласьнепосредственно осуществления рыболовства, а была связана с общими вопросами работы в море. Особое внимание было уделено вопросам безопасности мореплавания, отношениям рыболовной и нефтегазовой отрасли обеих стран и последствиям изменения климата для рыбных запасов и морской среды.

Также как научно-исследовательское сотрудничество, сотрудничество между организациями стало неким смягчающим элементом в двустороннем процессе по управлению промысловыми запасами. В преддверии заседаний СРНК стороны проводят встречи. Представители организаций с российской и норвежской стороны представлены в национальных делегациях, что позволяет обмениваться мнениями и обсуждать различные вопросы до того, как они будут рассмотрены в комиссии. Помимо сессий СРНК представители российских и норвежских объединений рыбаков регулярно встречаются друг с другом - 3-4 раза в год, участвуют в ежегодных встречах, конференциях и рыболовных выставках.

3Рыбноe хозяйствo и управлениeотраслью в России4

3.1 Управление рыбными ресурсами: научно- исследовательская работа, регулирование и контроль

С 2012 г. ответственность за выработку государственной рыбохозяйственной политики несет Министерство сельского хозяйства Российской Федерации. В ведении Министерства сельского хозяйства находится Федеральное агентство по рыболовству (Росрыболовство)5, которое, являясь органом исполнительной власти, отвечает за повседневную работу отрасли. Это ведомство является прямым правопреемником Министерства рыбного хозяйства СССР, которое было ликвидировано в связи с прекращением существования Советского Союза в 1991 году.

Длительный период времени данное ведомство было самостоятельным Государственным комитетом РФ по рыболовству в прямом подчинении Правительству Российской Федерации.

Однако непродолжительные периоды времени, как например, сейчас, комитет входил в структуру Минсельхоза6.

Росрыболовство имеет территориальные управления во всех рыбохозяйственных регионах России. В ведении этого ведомства находится ряд организаций и научно-исследовательских институтов, а также Центр системы мониторинга рыболовства и связи, который, в частности, отвечает за эксплуатацию системы спутникового слежения.
В повседневную обязанность Росрыболовства входит обеспечение работы трёх основных компонентов, из которых состоит управление рыбными ресурсами: научно-исследовательская деятельность, регулирование и контроль7. Ответственность за контроль в сфере рыболовства разделена между Росрыболовством и Федеральной службой безопасности (ФСБ).

Региональные и местные органы власти в настоящее время имеют ограниченное влияние на управление рыбными ресурсами за исключением прибрежного рыболовства и рыболовства во внутренних водах.

Первые 10-15 лет после изменений в политической системе России в 1991 г. были очень беспокойными не только для самой рыболовной отрасли страны, но и для ее органов управления. В Государственном комитете РФ по рыболовству (позднее преобразовано в Росрыболовство) часто менялось руководство, полномочия и задачи. Рыболовной отрасли пришлось пережить тяжелый процесс реорганизации с переходом на рыночную экономику. Все это произошло, чуть ли не в одночасье, зато на установление институциональных и правовых рамок ушло много времени.

Сложившейся нестабильной ситуацией, которая продолжалась до начала нового века, воспользовались не самые серьезные игроки, из- за чего рыболовная отрасль и государственные органы управления приобрели довольно сомнительную репутацию.

В 2004 г. был, наконец, принят новый Федеральный закон «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее

– «Закон о рыболовстве»), а в 2006-2007 году была начата систематическая работа, направленная на реформирование отрасли и обеспечение стабильных рамочных условий работы отрасли. В законодательство были внесены изменения в целях борьбы с ННН- промыслом, а также призванные побудить рыбопромышленников задуматься о будущем и создать необходимые условия для новых инвестиций в отрасль. Самым важным изменением стало наделение рыбопромысловых компаний долями квот добычи (вылова) водных биоресурсов на 10 лет в 2008 году.

Реформы принесли хорошие результаты. Финансовые результаты рыболовных компаний улучшились, объемы ННН-промысла значительно сократились, что особо стало заметно на Севере, где весьма успешное международное сотрудничество гармонично дополняет российские внутренние меры контроля.

3.1.1 Ресурсные научные исследования

В России работа рыбохозяйственных НИИ в основном финансируется государством. С одной стороны, есть научно- исследовательские институты Российской Академии Наук, где центральное значение отводится фундаментальным исследованиям. С другой стороны, существует большое количество прикладных научно-исследовательских институтов, относящихся к конкретным отраслям экономики.

Росрыболовство имеет собственную сеть прикладных НИИ, большинство которых имеет естественно-научную специализацию и преимущественно занимаются оценкой запасов основных промысловых видов рыб. Каждый из российских рыбохозяйственных регионов, так называемых рыбохозяйственных бассейнов, имеет свой собственный региональный научно- исследовательский институт. Деятельность этих институтов координируется Всероссийским научно-исследовательским институтом рыбного хозяйства и океанографии (ВНИРО) в Москве. Кроме этого существует ряд подведомственных институтов,

которые занимаются исследованиями в области экономики, развития флота и т. д.

ПИНРО8 – это Научно-исследовательский институт морского рыбного хозяйства и океанографии на Северном рыбохозяйственном бассейне9, который находится в Мурманске. В Архангельске расположен Северный филиал ПИНРО - СевПИНРО.

Научно-исследовательская деятельность ПИНРО в основном направлена на изучение морских ресурсов в северных регионах. Основной задачей ПИНРО, как отраслевого института, является изучение и оценка состояния запасов основных промысловых видов рыб на севере, а также подготовка научно-обоснованных рекомендаций по ОДУ для органов управления. Для совместных запасов эта работа происходит в сотрудничестве с учеными из других стран. СевПИНРО несет особую ответственность за исследования популяций морских млекопитающих и запасов промысловых видов в Белом море.

ПИНРО был основан в 1921 г., когда формирование современного рыболовного флота на Северо-Западе России только начиналось. Данный институт является старейшим научным учреждением в регионе и располагает уникальными материалами исследований. Так как в этом регионе основным объектом промысла главным образом являются запасы промысловых видов, совместно управляемые с другими странами, ученые ПИНРО тесно сотрудничают со своими иностранными коллегами, в том числе и с норвежскими. ПИНРО также является важным участником региональных обсуждений, форумов, советов и комитетов в области рыболовства. Институт широко сотрудничает с промышленностью, правительством и другими научными и образовательными учреждениями, в том числе с Мурманским государственным техническим университетом (МГТУ), в котором ведётся обучение многим рыбохозяйственным специальностям.
После распада СССР ПИНРО, как и многие другие государственные учреждения, переживал периоды экономических затруднений.

Позднее государственное финансирование существенно увеличилось. С другой стороны, введение новых правил финансирования привело к тому, что доходы от научных квот, которые ранее были значительными, теперь практически исчезли. В целом для ПИНРО это означает, что финансовое положение института все еще остается достаточно напряженным. При закупке нового научного оборудования институту приходится строго расставлять приоритеты. Из-за нехватки средств отсутствует возможность замены устаревших научно-исследовательских судов. В некоторых случаях ПИНРО также приходилось отменять запланированные научные экспедиции.

3.1.2 Регулирование рыболовства

Рыболовство регулируется Федеральным законом «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», а также

подзаконными нормативными правовыми актами. Помимо основных нормативно-правовых актов федерального значения для каждого отдельного рыбохозяйственного бассейна существуют подробные технические меры регулирования (бассейновые правила рыболовства). В законе определены шесть видов рыболовства, однако для данного отчета интерес представляет только

прибрежный и коммерческий океанический промысел (в России – промышленное рыболовство).

Работа над законопроектом о рыболовстве началась вскоре после распада Советского Союза. Однако закон был принят только в 2004 г. из-за разногласий по ряду важных вопросов. Как и в Норвегии, дебаты в России касались таких важных вопросов, как право на участие в рыболовстве и распределения квот между участниками промысла, в том числе различных групп участников (океанический и прибрежный лов). Центральное место в обеих странах занимает вопрос сбалансированности между требованиями к рентабельности рыболовной отрасли и социальному мультипликативному эффекту (доходы государства, рабочие места на берегу и пр.).

В России все эти проблемные вопросы материализовались в виде дискуссии о механизме распределения квот, который будет описан ниже после краткого обзора официальных ограничений права на добычу водных биоресурсов.

Регулирование права на добычу (вылов) водных биоресурсов

В России, также как и в Норвегии, введены ограничения на участие иностранных компаний в рыбопромысловой деятельности. В соответствии с Законом о рыболовстве юридические лица и индивидуальные предприниматели, находящиеся под контролем иностранного инвестора, не вправе осуществлять добычу (вылов) водных биоресурсов.

Граждане Российской Федерации (индивидуальные предприниматели) и компании должны иметь разрешение на добычу водных биоресурсов, а при вылове квотируемых видов еще и квоту добычи. Наделение долями квот10 осуществляется на определенный период (в настоящее время на 10 лет) на основании договора о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов, который заключается между органом государственной власти и юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем. На практике это означает введение строгих ограничений на добычу водных биоресурсов, так как все доли квот распределены между участниками промысла.

В Законе о рыболовстве также предусмотрено, что участники промысла имеют приоритетное право при распределении долей квот на новый период11, но при соблюдении ими своих обязательств.

Однако российские органы власти предлагают внести изменения в Закон о рыболовстве, и в предлагаемом законопроекте положение о приоритетном праве было исключено.

Сегодня долю квоты на вылов водных биоресурсов новые компании могут получить либо приобретя компанию, за которой уже закреплены доли квот, либо посредством инвестиций в уже существующую компанию (участие в уставном капитале), либо же купив долю квоты на аукционе. В законе четко регламентировано, в каких случаях квоты могут быть проданы на аукционе. Во-первых, на аукционах могут быть проданы квоты на новые виды либо на участки, где коммерческое рыболовство ранее не осуществлялось. Известные примеры для Баренцева моря это камчатский краб и синекорый палтус. Во-вторых, на аукционе продаются доли, изъятые в результате неосвоения выделенной квоты или серьезных нарушений правил рыболовства. В-третьих, доли могу быть

проданы на аукционе в связи с банкротством компании или ее ликвидацией. Кроме этого, сама компания может продать свою долю квоты на аукционе.

Ситуация с неквотируемыми объектами в российской экономической зоне совершенно иная. Государственные органы поощряют создание новых компаний для увеличения объемов вылова недоосвоенных и нетрадиционных видов. Для промысла таких видов компания должна заключить с органами государственной власти договор пользования водными биоресурсами на один год.

Регулирование объемов вылова и распределение квот

На большинство промысловых объектов в России сегодня устанавливаются общие допустимые уловы (ОДУ). Несколько лет назад на ряд недоосвоенных видов был отменен долевой принцип распределения квот с целью поддержания уже существующего промысла и поощрения создания новых рыболовных компаний.
Общий объем квот на вылов исключительно российских запасов Россия устанавливает сама на основе рекомендаций ученых, в то время как размер квот на совместные запасы устанавливается на переговорах с другими прибрежными государствами, после которых квоты распределяются между российскими пользователями биоресурсов.

После изменения политической системы России почти 25 лет назад вопрос о структуре системы распределения квот не теряет своей актуальности. В период существования Советского Союза квоты распределялись в зависимости от производительности судна и носили скорее характер плановых показателей, которые предстояло выполнить, нежели некого блага, за которое соперничали рыбаки. После приватизации рыбохозяйственных компаний в начале 90-х годов прошлого столетия опять встал остро вопрос о распределении квот.

Рыбные запасы в море оставались собственностью государства, однако это не распространялось на рыбу, поднятую на борт или выгруженную на берег. Российские органы власти столкнулись с проблемой, хорошо известной другим рыболовным державам с рыночной экономикой. Как сделать промысел доходным для предприятий и общества? Какой механизм распределения квот будет лучше всего способствовать этому?

Дебаты о системе распределения квот были весьма противоречивыми на нескольких уровнях. Возникали конфликты между рыбопромышленниками, различными идеологическими точками зрения, центральным аппаратом власти и рыбохозяйственными регионами. В итоге, ежегодные квоты стали распределяться по критериям, которые постоянно менялись, были непрозрачными и противоречивыми. На практике же большинство рыболовных предприятий получали квоты, которые примерно совпадали с мощностями их судов. Проводились эксперименты и по использованию других критериев. Кроме этого система распределения квот стала носить коррупциогенный характер (взятка как оплата за квоту).

В 90-е годы региональные органы власти в Северном рыбохозяйственном бассейне получили возможность влиять на распределение квот. Благодаря этому они постарались учесть различные социальные интересы в механизме распределения квот. В частности, периодически вводились так называемыми

«сблокированные квоты» и «стимулирующие квоты», чтобы вознаградить судовладельцев, которые брали на себя различные виды социальной ответственности или сдавали свой улов на рыбоперерабатывающие предприятия в регионе. Кроме этого, квоты распределялись в качестве экстренной помощи предприятиям или учреждениям, находившимся в тяжелом экономическом положении в результате сокращения государственного финансирования. Это касалось не только научно-исследовательских институтов, таких как ПИНРО, но и организаций, которые сами не занимались промыслом. Например, областные рыбоперерабатывающие предприятия. Однако большая часть квот все еще распределялась в зависимости от мощностей судна. Поэтому многие компании стремились увеличить мощность с целью максимизации своей доли квоты.

Постепенно появились излишние мощности рыбопромысловых судов, прежде всего на среднетоннажных рыболовных траулерах, используемых для лова трески. В советский период на Северном бассейне среднегодовой вылов траулера типа СРТМ достигал 2 000 - 3 000 тонн в год, а в 1999 г. квота на одно судно в среднем составляла 600 тонн. Это сильно сказалось на официальной доходности отрасли, и примерно 50% рыболовных организаций Севера в 1999 г. сообщили об убытках12.

Низкие цены на топливо и сравнительно высокие цены на рыбопродукцию в этот период позволили избежать массового банкротства предприятий. Среди других положительных факторов, озвученных представителями рыболовной отрасли, были упрощение организации промысла и процедуры оформления судов в порту, что сокращало потери промыслового времени13.

После избрания в 2000 г. В. В. Путина Президентом России, руководство страны было заинтересовано в укреплении центрального аппарата власти. Это привело к потере влияния рыбохозяйственных регионов в вопросе распределения квот. В то же время стала усиливаться критика рыболовной отрасли, что частично было связано с коррупцией и ННН-промыслом, частично со сдачей большей части улова заграницей и частично с уменьшением поступлений в бюджетную систему налогов и сборов от рыболовного промысла14.

Некоторые критики существующей системы считали, что распределение квот должно быть привязано к определенному месту выгрузки улова, в то время как их оппоненты придерживались мнения о том, что важнее всего обеспечить солидный доход от промысла в государственную казну. В конечном итоге мнение последних, среди которых было и Министерство промышленности и торговли РФ, победило. В 2001 г. была введена система аукционов по продаже квот на вылов ценных видов водных биоресурсов

(треска и пикша)15.

Механизм аукционной продажи квот действительно пополнил казну16, однако совсем скоро выяснилось, что и у такого механизма распределения прав на добычу (вылов) водных биоресурсов есть негативные последствия. Ухудшились показатели производственной деятельности, уменьшились поступления в бюджетную систему России налогов и сборов, в том числе и на Севере.
Объемы инвестиций сократились, и это практически остановило обновление и модернизацию рыбопромыслового флота. Чтобы оправдать затраченные средства на приобретение квот, сильно увеличились объемы ННН-промысла. Ряд компаний оказались в долгах у иностранных кредиторов, а инвесторы из Китая и Южной Кореи начали скупать российские рыбодобывающие компании, которые стали поставлять большую часть улова заграницу. Это ставило под угрозу продовольственное обеспечение страны.

В качестве положительной роли аукционов следует отметить некоторую концентрацию квот на вылов водных биологических ресурсов у более конкурентоспособных крупных предприятий. Однако негативные последствия все-таки перевесили, и аукционная система продажи квот через три года была ликвидирована.

В 2003 г. была введена новая система, в соответствии с которой рыболовные компании наделялись долями квот на 5 лет в зависимости от объемов, выделенных или приобретенных на аукционах квот за 3 предыдущих года18. В результате был сформирован так называемый «исторический» принцип.

Одновременно власти ввели фиксированные ставки сбора за пользование водными биоресурсами за тонну. Ставки сбора варьировались в зависимости от ценности видов рыб - чем ценнее, тем выше ставка. Это решение стало компромиссом, который не только пошел на пользу как старым, так и новым участникам рыбопромысловой деятельности, но еще и учитывал вылов за предыдущие годы, а также готовность платить за пользование теми или иными водными биоресурсами (правда, в разной степени)
Это изменение привело к определенной стабильности в отрасли, однако всех проблем до конца не решило. Большинство рыболовных компаний оставались убыточными, по крайней мере, на бумаге.

Объемы инвестиций не возросли. Многие рыбопромышленники считали 5 лет слишком коротким сроком для крупных капитальных вложений. В связи с этим органами власти в 2008 г. было принято решение о закреплении с 2009 г. за рыбодобывающими предприятиями долей квот на 10 лет.

Сегодня рыболовные компании могут с большей долей уверенности прогнозировать свою ежегодную квоту вылова до 2018 г., хотя тоннаж будет варьироваться в зависимости от ежегодных колебаний ОДУ. Лишение права на добычу (вылов) водных биоресурсов с последующим расторжением договора о закреплении доли квоты происходит только в особых случаях. Например, если добыча водных биоресурсов в течение 2 лет подряд осуществляется в объеме менее 50% выделенной квоты, если юридическое лицо или индивидуальный предприниматель нарушили правила рыболовства, нанесли «крупный ущерб», превысив выделенный объем квоты или

в случае нарушений положений закона об иностранных инвесторах в рыболовной отрасли.

Для законопослушных и эффективных компаний такой механизм распределения квот создает определенную стабильность, а для несерьезных и малоэффективных усложняет дальнейшую работу в отрасли.

В соответствии с действующей системой доли квот закрепляются за рыбодобывающими предприятиями в соответствии с видами квот, определенными в Законе о рыболовстве (см. таблицу 3.2.). Самые крупные квоты приходятся на промышленное рыболовство, которое в Норвегии примерно соответствует понятию «океанический промысел». На втором месте находится прибрежное рыболовство. В России понятие прибрежного рыболовства имеет иное значение, чем в Норвегии. Прибрежный промысел в России происходит, как правило, дальше от берега и с использованием более крупных судов, чем в Норвегии, а отличие прибрежного от океанического промысла, прежде всего состоит в том, что весь прибрежный улов поставляется в Россию.

Таблица 3.2 Виды квот, определенные в приказах

Виды квот Объемы по уровню 2015 года, треска (тонн)

Для промышленного рыболовства (океанический промысел) 250000

Для прибрежного рыболовства 13000

Для рыболовства в научно-исследовательских и контрольных целях 6000

Для целей товарного рыбоводства, воспроизводства и акклиматизации 0

Любительское и спортивное рыболовство 20

Рыболовство для коренного народа 400

Так как распределение квот происходит в соответствии с

«историческим» принципом, то квота компании зависит от ОДУ и процента, выделенного компании на 10 лет. Несмотря на это, компании ежегодно должны подавать заявление для получения разрешения на осуществление рыболовства и прилагать документацию, подтверждающую соблюдение компанией требований на осуществление промысла (см. таблицу 3.3.). После получения разрешения, необходимо произвести предварительную оплату сбора за пользование водными биоресурсами и за выдачу разрешения.
Оставшаяся часть сбора за пользование биоресурсами оплачивается равными долями ежемесячно. В таблице 3.4. указаны расходы на получение разрешения и уплаты сбора за пользование водными биоресурсами.
Несмотря на улучшения в отрасли в результате введения

«исторического» принципа, дискуссия о системе распределения долей квот не затихает. Некоторые критики все еще считают, что к рыболовным компаниям предъявляется слишком мало требований социального характера и требований в части обеспечения продовольственной безопасности страны. Особенно в прибрежных регионах бытует мнение о том, что квоты должны выделяться при условии выгрузки и переработки улова (или, по крайней мере, определенной части уловов) в России. Сегодня такие требования распространяются только на уловы, добытые при осуществлении прибрежного рыболовства.

Российские верфи и их единомышленники весьма недовольны тем, что российские рыболовные компании, как правило, предпочитают приобретать (или модернизировать) свои суда за рубежом. Чтобы стимулировать процесс обновления российского рыбопромыслового флота на отечественных верфях могут быть выделены дополнительные квоты для компаний, строящих суда на российских верфях – так называемый механизм «квота под киль». Большинство рыбаков и представителей региональных властей против предложенного принципа, так как такой механизм вряд ли будет способствовать обновлению флота, приведет к излишним мощностям флота, создаст проблемы для действующих компаний.

Они указывают на отсутствие опыта строительства рыбопромысловых судов на российских верфях, а также на то, что на приобретение необходимого опыта, навыков и требуемых мощностей уйдет много времени. Российскими государственными органами в области рыболовства были предложены и другие меры поддержки компаний, которые желают строить рыбопромысловые суда в России.

Представители рыболовной отрасли считают, что для развития рыболовства на благо общества необходимы стабильность и предсказуемость. В связи с чем, следует избегать существенных изменений в существующей системе, в том числе и в системе распределения прав на добычу водных биоресурсов. Кроме этого, представители рыбацкого сообщества считают, что увеличение срока закрепления долей квот, а сегодня он составляет 10 лет, только положительно отразится на рыболовной отрасли.

В настоящее время проходит слушание несколько поправок к Закону о рыболовстве, в которых была предпринята попытка учесть все эти позиции. Во-первых, с 2018 г. предлагается ввести принцип закрепления долей квот на 25 лет, при этом компании должны осваивать не менее 70% полученной квоты и не менее 70% должно вылавливаться с использованием собственных рыбопромысловых судах (или судов, используемых на основании договора финансовой аренды (лизинга)22. Последнее требование было введено с целью устранить такое явление, как «квотные рантье» - компании, не имеющие своих судов, но обладающие правом на вылов водных биоресурсов, и получающие доходы от незаконной перепродажи своей квоты.

Во-вторых, было внесено предложение разрешить освоение российских квот на судах, построенных или модернизированных за границей, только в случае прохождения ими таможенного оформления. Для судов этой категории было предложено ввести налоговую и таможенную амнистию до 2018 года. Сегодня

«незаходные» суда сдают свой улов за границей или перегружают его на транспортные суда, так как при заходе в порты России они облагаются таможенной пошлиной и НДС.

В-третьих, было предложено увеличить годовые квоты на вылов для рыболовных компаний, имеющих промышленные квоты, но добывающие их в режиме прибрежного рыболовства и поставляющие улов на береговые рыбоперерабатывающие предприятия в России. Это означает, что улов (в свежем, охлажденном или мороженном виде) должен быть поставлен на рыбоперерабатывающие заводы в прибрежные или иные регионы России. В дополнении к вышеперечисленному, российские рыбохозяйственные власти намереваются создать перечень рыбоперерабатывающих заводов, чтобы гарантировать, что улов действительно был сдан на переработку.

Реакция рыболовной отрасли на вышеперечисленные предложения была разной. Увеличение срока закрепления рыбных квот было воспринято положительно, хотя многие скептически относятся к комплексу условий, которые подразумевает данное предложение. Окончательного решения пока нет, однако государственные органы власти в области рыболовства считают, что поддержка предложенных изменений будет в интересах рыболовной отрасли. По мнению руководства отрасли, маловероятно, что политическое руководство страны согласится на сохранение действующего принципа распределения прав без каких-либо изменений.

Ограничения рыболовства

В статье 26 Федерального закона «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» предусмотрены следующие ограничения:

* запрет рыболовства в определенных районах промысла и в отношении отдельных видов водных биоресурсов;

* закрытие рыболовства в определенных районах промысла и в отношении отдельных видов водных биоресурсов;

* минимальные размер и вес добываемых (вылавливаемых) водных биоресурсов;

* виды разрешаемых орудий и способов добычи (вылова) водных биоресурсов;

* размер ячеи орудий лова, размер и конструкция орудий добычи (вылова) водных биоресурсов;

* распределение районов промысла между гру
 (Голосов: 1)
Опубликовано: 12 февраля 2019 Прочитали: 78 раз(а) Комментариев: 0.
1 2 далее